Владимир Путин и Эммануэль Макрон дали пресс-конференцию после переговоров

Мы хорошо понимаем, что господин Президент приехал в Россию, чтобы в первую очередь обсудить насущные вопросы, связанные с обеспечением европейской и глобальной безопасности, за поддержание которой наши страны как постоянные члены Совета Безопасности ООН несут особую ответственность. Кроме того, Франция в настоящее время председательствует в Совете Европейского союза.

В ходе переговоров мы продолжили обмен мнениями по поводу адресованных Соединённым Штатам и НАТО российских предложений о предоставлении долгосрочных юридических гарантий безопасности. Данные предложения, напомню, содержат три ключевых пункта, касающихся недопущения дальнейшего расширения НАТО, отказа от размещения альянсом ударных систем вооружений на российских границах и возврата военного потенциала и инфраструктуры блока в Европе к состоянию 1997 года, когда был подписан Основополагающий акт Россия–НАТО.

Именно эти наши центральные озабоченности, к сожалению, оказались проигнорированными в полученных 26 января от США и НАТО ответах, причём западные партнёры в который раз ссылались на то, что каждое государство имеет право свободно выбирать способы обеспечения своей безопасности и вступать в любые военные союзы и альянсы. Мы, собственно говоря, с этим никогда и не спорили. Правда, у самих этих союзов и альянсов нет обязанности принимать всех, кто этого пожелает, – это тоже очевидная вещь.

Эта политика открытых дверей – мы дискутировали на этот счёт со многими партнёрами, и сегодня с господином Президентом – политика открытых дверей – достаточно вольная и, на наш взгляд, нужная исключительно Соединённым Штатам и, может быть, отдельным членам НАТО интерпретация зафиксированного во многих общеевропейских документах положения основополагающего принципа равной и неделимой безопасности, которое, как известно, включает в себя обязательства не укреплять свою безопасность за счёт безопасности других государств.

Весьма сомнительна и отсылка к так называемой политике открытых дверей, о которой я уже сказал. Напомню, я говорил об этом уже неоднократно, в том числе и в этом зале недавно на встрече с прессой после визита Премьер-министра Венгрии господина Орбана, в статье 10 Североатлантического договора от 1949 года говорится, что государства-члены по согласованию со всеми остальными участниками НАТО могут пригласить другие европейские страны в альянс – такие страны, которые могут внести какой-то вклад в общеевропейскую безопасность. Но из этого, конечно, не вытекает, что, как я уже говорил, альянс обязан кого-то принимать. Ну, ладно.

Но хотел бы отметить и то, что Россию по-прежнему пытаются успокаивать рассуждениями о том, что НАТО – мирная и сугубо оборонительная организация, сугубо оборонительный союз. В том, насколько это соответствует действительности, на собственном опыте убедились граждане многих государств, имею в виду Ирак, Ливию, Афганистан и, собственно говоря, соответствующую военную крупномасштабную операцию в отношении Белграда без санкции Совета Безопасности ООН – это, конечно, мероприятие, далёкое от того, что могла бы осуществлять мирная организация.

Кроме всего прочего, мы не можем проходить мимо этого – в военной стратегии НАТО 2019 года Россия прямо названа главной угрозой безопасности и противником. Нас НАТО обозначил как противника. Причём, придвинув свою военную инфраструктуру вплотную к нашим границам, НАТО и его государства-члены считают себя вправе нас немножко поучить, где и как нам размещать вооружённые силы, и считают возможным требовать не проводить запланированные манёвры и учения, а передвижение наших войск по собственной, хочу подчеркнуть, территории представляется как угроза российского вторжения – в данном случае на Украину. Якобы в опасности себя чувствуют и страны Прибалтики, и другие государства – наши соседи. На каком основании – не очень понятно. Во всяком случае, это используется как тезис для того, чтобы выстраивать недружественную в отношении России политику. Сами же страны–участницы НАТО под этот аккомпанемент продолжают накачивать Украину современными видами вооружений, выделяют существенные финансовые ресурсы для модернизации украинской армии, направляют военных специалистов и инструкторов.

Мы, конечно, обо всём этом говорили с Президентом, как видите, достаточно долго – почти шесть часов сегодня шла дискуссия.

Конечно, со своей стороны обратил внимание господина Президента на нежелание сегодняшних киевских властей соблюдать обязательства по минскому Комплексу мер и договорённости в «нормандском формате», в том числе достигнутые на саммитах в Париже и в Берлине.

По-моему, всем очевидно, что сегодняшние власти в Киеве взяли курс на демонтаж Минских договорённостей. Нет подвижек по таким принципиальным вопросам, как конституционная реформа, амнистия, местные выборы, правовые аспекты особого статуса Донбасса. До сих пор не закреплена в украинском законодательстве известная, во всяком случае для специалистов, «формула Штайнмайера», когда мы согласились с некоторыми поправками в Минские договорённости и пошли на определённые уступки. Но даже эти позиции, изложенные сегодняшним Президентом Федеративной Республики Германия, – а он тогда был Министром иностранных дел ФРГ – не исполняются. Киев по-прежнему игнорирует все возможности мирного восстановления территориальной целостности страны путём прямого диалога с Донецком и Луганском.

Обратил внимание господина Президента и на массовые систематические нарушения прав человека на Украине. В стране закрываются неугодные СМИ, устраиваются гонения на политических оппонентов. Кстати говоря, в своё время, когда господин Порошенко был ещё Президентом Украины, я ему говорил, что, если у него возникнут какие-то сложности в будущем, Россия готова предоставить ему политическое убежище. Он тогда много иронизировал по этому вопросу, но сегодня хочу подтвердить свои предложения. Несмотря на наши серьёзные расхождения по этому вопросу, по вопросу урегулирования на Донбассе, и я считаю, что он наделал много ошибок в этом направлении, но всё-таки его преследование как государственного преступника, на мой взгляд, тоже чрезмерная «заявка на успех» действующего сегодняшнего руководства. Мы готовы таким, как господин Порошенко, предоставить убежище в России.

Что меня больше беспокоит, так это то, что на законодательном уровне закрепляется дискриминация русскоязычного населения, которому отказано как в признании его коренным народом на, собственно говоря, его родной земле, так и в использовании родного языка, что чрезвычайно странно, поскольку это никак не отражено в какой-то позиции со стороны европейских стран.

Надеемся, что состоявшееся обсуждение по вопросам гарантий обеспечения безопасности и стабильности в Европе, внутриукраинского урегулирования господин Президент – так он, во всяком случае, сказал сегодня – намерен завтра пообсуждать на встрече с киевским руководством.

Были затронуты и другие актуальные международные и региональные проблемы.

При рассмотрении ситуации вокруг Нагорного Карабаха отметили позитивную роль российских миротворцев, которые обеспечивают соблюдение режима прекращения огня и помогают налаживать мирную жизнь. Мы подтвердили важное значение деятельности сопредседателей Минской группы ОБСЕ, в том числе в решении насущных гуманитарных и социально-экономических проблем в регионе. Президент Франции информировал об итогах своей недавней совместной с Председателем Евросовета господином Мишелем видеоконференции с Президентом Азербайджана и Премьер-министром Армении.

Мы рассмотрели ситуацию вокруг иранской ядерной программы и восстановления полноценной реализации Совместного всеобъемлющего плана действий, принятого в 2015 году и одобренного резолюцией № 2231 Совета Безопасности Организации Объединённых Наций. Солидарны в том, что необходимо продолжить дипломатические усилия и содействовать согласованию компромиссных решений в интересах сохранения этого важнейшего документа. Мы сошлись во мнении, что здесь наши позиции очень близки или, как говорят дипломаты, совпадают.

Разумеется, не обошли вниманием и актуальные вопросы двусторонних отношений, прежде всего касающиеся экономического взаимодействия. Подчеркнули и отметили: несмотря на непростую ситуацию, вызванную пандемией коронавирусной инфекции, волатильность на мировых рынках, за 11 месяцев прошлого года взаимная торговля выросла на 71 процент. Французские капиталовложения в России превышают 23 миллиарда долларов. Всего на российском рынке успешно действует более 600 компаний из Франции.

В целом мы условились продолжать взаимовыгодное сотрудничество – как в политике, в торговле, экономике, так и в других сферах, включая культурно-гуманитарную.

И конечно, в заключение я хочу поблагодарить господина Президента за те усилия, которые предпринимает Франция во главе с ним по поводу урегулирования очень острого, не буду скрывать, вопроса, связанного с нашими отношениями с НАТО в целом, в вопросах, связанных с обеспечением безопасности, с созданием на европейском континенте обстановки стабильности, взаимного доверия, и, конечно, по вопросам урегулирования кризиса на юго-востоке Украины.

Мы собирались уже в Париже, и сейчас, я знаю, несмотря на проблемы, которых хватает у каждого руководителя государства, тем более крупного европейского государства, всё-таки господин Президент посчитал нужным приехать в Россию, обменяться мнениями по поводу того, как нам действовать дальше. Ряд его идей и предложений, о которых, наверное, пока ещё рано говорить, я считаю вполне возможным положить в основу дальнейших наших совместных шагов.

Посмотрим, как пройдёт встреча господина Президента в Киеве. Мы договорились, что после его поездки в столицу Украины мы ещё созвонимся и обменяемся мнениями на этот счёт.

Подробности на сайте Кремля.

Фото: сайт Кремля.