Живая летопись села Дарьино Мелеузовского района от Марии Сычковой

Живую летопись с. Дарьино хранит Мария Васильевна Сычкова. Сегодня она делится воспоминаниями о множестве событий, связанных с историей села и жизнью его жителей.

- Мария Васильевна, расскажите о себе.

- Родилась в с. Дарьино 5 ноября 1938 года. Родители мои - Василий Андреевич и Агафья Осиповна Жныкины. Отец был на двух войнах: сначала воевал с финнами в 1939 году, а потом его забрали на Великую Отечественную. Помню немного 1941 год, как отца забирали: мама сильно плакала, мы с братом тоже пустили слезу. Жизнь тогда была тяжёлая. Работали все в колхозе - ни техники, ничего не было. С косами ходили, хлеб косили вручную. Держали коров, овец - всё как в обычной деревне, своё хозяйство. Пенсию начали давать только после войны - всего пять рублей, потом до двенадцати подняли. Брату Андрею тогда было 12 лет, он всегда помогал маме: ходил на работу, убирал скотину. Весной сеяли коноплю, просо, капусту. Последнюю рубили по 12 вёдер. Картошки было мало - огород маленький, а есть что-то нужно же, поэтому много сажали тыквы и огурцов.

В 1962 году вышла замуж за Николая Сычкова. Вместе прожили 44 года. Его отец погиб на войне, а сам он работал на сплаве - лес по реке переправляли. Вот этот дом он и строил. Сначала была одна изба, печка стояла - и все там умещались. Позже сделали пристрой.

- Какие были семьи в те годы?

- Большие, по семь детей рожали, а избы маленькие, почти как бани. Но все умещались. Во время войны к нам в Дарьино привозили беженцев. Если семья маленькая, а дом большой - туда подселяли приезжих. Их называли «шкиемами». Помню, к нам привезли девочек Катю и Мотю. Они спали на полу, на дерюжках, а мы - на печке. Беженцев было много, все работали на трудоднях. Тогда по реке Белой гнали лес. Техники не было, брёвна застревали, и дарьинскую молодёжь отправляли расчищать реку. Нужно было встать на бревно и проталкивать другие - работа опасная, люди даже тонули. Были специальные палки с железными наконечниками. А однажды из-под Ржева привезли около 50 детей - их разместили в детском доме, возрастом от 7 до 14 лет. Одна женщина приехала искать свою дочь. Всю Россию прошла, не знала, где искать, и, узнав, что часть беженцев к нам привезли приехала к нам в село. Дочку её звали Тоней. И вот во время урока она постучала в дверь нашего класса. Учительница открыла, женщина вошла…Тоня как вскочит и закричит: «Мама!» Все тогда плакали от радости что дочь нашлась. А с 1953 года многие из оставшихся беженцев разъехались - кто в Николаевку, кто по другим городам. День Победы тогда особо не отмечали - слишком большая была людская боль. Половина мужчин не вернулась. Помню, как вдовы и матери окружали вернувшихся солдат и спрашивали: «Ты не воевал с моим сыном? С мужем?» Все плакали: жалко было и живых, и погибших…

- Нам интересно ещё, какой была школа в те годы?

- В классе по сорок человек учились. Писали перьями, чернилами. По селу ездил «шаболятник» - продавец с ящиком, там были ручки, перья, ластики и даже жвачка из гудрона. Ручка стоила три копейки, рубль - это уже дорого было. Жвачка - две копейки. В 1953 году закончила семилетку, получила аттестат и сразу пошла работать дояркой.

- Опишите наше село во времена вашей молодости.

- Около 500 дворов, семей много, детей ещё больше. Волки даже в деревню заходили - дома ведь не были огорожены. Печи топили кизяком. До войны кладбище находилось у реки, там, где сейчас фермерские гаражи. Ходить мимо было страшно. Потом кресты жгли в печках, потому что дров не хватало, а вместо них ставили камни, позже и камни увозили на строительство домов. В селе была пилорама, кузница, мельница, рушилка. Тем, кто работал на сплаве, давали брёвна. Свет появился примерно в 1955 году. Во время войны жили при керосиновых лампах - «слипушках». Зимой шили шубы: овцу забивали, мех внутри оставляли, а сверху - как пальто. Кожу обрабатывали вручную. Носили холщовые рубахи, женщины - шерстяные многослойные юбки. Тогда люди ничем не брезговали, главное, чтобы было тепло. Раньше река была глубокая, берега высокие - мы прыгали с них в воду. Сейчас всё изменилось. По фамилиям друг друга почти не называли - только по прозвищам. Скажи «Сычковы» - не поймут, а скажи «Шарыгины» - сразу ясно, о ком речь. Были повитухи - принимали роды. Если у человека была лошадь - считался богатым. Выращивали арбузы - большие, как сейчас помню. Кормили ими и колхозников, и комбайнеров. Люди были верующие, ходили в церковь. Потом коммунисты запрещали верить, и батюшка крестил людей тайком, по домам. Жили тогда дружно.

До войны недалеко от села была деревня, называлась «Муравли». Находилась, где барановская ферма раньше была. Дворов немного было, земли не хватало. Потом дома разобрали и люди разъехались: кто в Сарлак, кто в Петропавловку. Почему называлась «Муравли» - никто не знает, так повелось. Улицы тоже переименовывали. Например, нынешняя Молодёжная раньше называлась Смолиной - в честь учительницы Елизаветы Викторовны.

- Как раньше люди праздновали?

- Главные праздники - Микола, Пасха, Рождество, Троица. Гуляли всем селом, с гармонью, с песнями. Частушек знали множество. Свадьбы играли по три дня: два дня свадьба, третий - «Бабушкин день». Сначала шли к бабушке жениха, потом невесты. Угощали тем, что было - капустой, картошкой, огурцами. Помню строки старинной сватовской песни, передававшейся из уст в уста:

Как по сеням, сенюшкам, сенюшкам твоим,

Там гуляла, выгуливала пресвятая девица.

Она будила, побудивала своего друга милого,

Друга милого, желанного…

«Ты встань, вставай, мой друг,

Там, Владимир Николаевич,

Отвязался твой добрый конь

От столба, столба дубового,

От колечка серебряного.

Убежал же твой добрый конь

Во сады, сады зелёные, луга.

Потоптал же твой добрый конь

Все сады, сады зелёные, луга,

Всё с вишнёвою, со грушёвою,

С чёрной ягодой смородиною…»*

В каждой деревне были старухи, которые умели заговоры читать, сглаз снимать. Их знали, но имён не называли - побаивались.

Сейчас живём, конечно, лучше. Раньше бедно жили. Молодым хочу сказать одно: делайте добро, никого не обижайте, не завидуйте. Богатый человек - пусть живёт хорошо, не осуждайте. На всё воля Божья. Просят помощи - помогайте. Главное, чтобы люди жили дружно.

Мария Васильевна - счастливая и любящая мама, у неё большая и дружная семья: дети, внуки, правнуки и даже праправнуки. Она с теплотой рассказывает о каждом, и в её глазах загорается тот самый свет, который согревает всех вокруг.

Секрет её долголетия прост и мудр, как и всё, что исходит из уст этой удивительной женщины. Он в доброте, которую она пронесла через все испытания. В безграничной любви к своей семье, которая стала для неё главной опорой и радостью. И в той трепетной, нежной привязанности к малой родине - селу Дарьино, где прошла вся её жизнь, где каждый уголок хранит частичку её сердца. Желаем ей крепкого здоровья, душевного тепла и ещё долгих лет, окружённых заботой близких. Низкий вам поклон за ваш труд, вашу память и бесконечную любовь к жизни.

Беседовал Александр РЯБОВ.

*Песня приводится полностью по воспоминаниям рассказчицы.